Фаст Ирина Александровна, адвокат адвокатской конторы № 22 «Гражданские компенсации» Нижегородской областной коллегии адвокатов

В январе 2016 года в средствах массовой информации появились публикации об итогах научно-исследовательской работы по теме «Исследование «стоимости жизни» – справедливого возмещения в связи с гибелью человека в чрезвычайных ситуациях» (под «гибелью человека в чрезвычайных ситуациях» в контексте исследования подразумевались случаи гибели человека на производстве, транспорте, при осуществлении различных служебных обязанностей, а также во время различного рода чрезвычайных ситуациях). Отчет был подготовлен «Финансовым университетом при Правительстве Российской Федерации» по заказу Кабинета министров РФ и содержит итоги исследования, в котором определяется стоимость человеческой жизни в России. Согласно результатам социологических изысканий, «цена» одного гражданина РФ составляет 39 миллионов рублей.

Опубликованная информация привлекла внимание юридического сообщества по целому ряду причин. Во-первых, статусность научного учреждения – Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации пользуется заслуженным авторитетом в научных и практических кругах. Во-вторых, факт того, что исследование было проведено не в рамках абстрактных научных изысканий, а по заказу Кабинета министров РФ, что свидетельствует о том, что исследуемый вопрос находится под пристальным вниманием Правительства РФ. В третьих, и, пожалуй, в главных – сами итоги проведенного исследования на фоне того, что до настоящего времени в России отсутствует официально признанная методология и соответствующая методика оценки человеческой жизни при получении травм или гибели человека на производстве, транспорте или при осуществлении различных служебных обязанностей.

В связи с публикацией вышеуказанного исследования хотелось бы в очередной раз привлечь внимание юридического сообщества Нижегородской области к проблеме определения размера компенсации морального вреда при причинении вреда жизни или здоровью в нашем регионе.

Речь идет о правах граждан, которые в результате трагических обстоятельств (трудовые увечья, дорожно-транспортные происшествия, техногенные катастрофы) сами получили повреждение здоровья различной степени тяжести либо лишились близкого родственника при аналогичных ситуациях.

Необходимо отметить тот позитивный момент, что само право данной категории граждан на возмещение морального вреда практически не вызывает споров. Случаи необоснованного полного отказа в возмещении морального вреда фактически отсутствуют. Камнем преткновения, как правило, является вопрос определения размера компенсации.

Институт морального вреда введен в наше законодательство более 20 лет назад, однако, до настоящего времени правоведами и практикующими юристами не выработано единых подходов к определению размера компенсации: нет единой формулы, по которой можно рассчитывать компенсацию, нет базисного размера или минимальной границы, поэтому и суммы возмещения, как правило, весьма и весьма спорны в силу своей незначительности.

Приходится с сожалением констатировать, что в Нижегородской области проблема справедливой компенсации морального вреда не нашла своего решения, несмотря на многолетние усилия адвокатского сообщества и практикующих юристов.

Определяемые судами Нижегородской области суммы компенсаций морального вреда выглядят откровенно заниженными не только с точки зрения цифр, опубликованных Финансовым университетом при Правительстве Российской Федерации, но даже на фоне небольших в целом по стране сумм компенсаций. И когда суд оценивает в 30-50 тыс. руб. страдания человека, который без какой-либо своей вины практически полностью лишился здоровья или потерял своего ребенка, то это становится источником еще больших моральных страданий истцов, которые чувствуют себя оскорбленными размером присужденных по решению суда сумм.

Если проанализировать динамику размера компенсации морального вреда в связи с производственными травмами, за травмы или гибель людей в результате воздействия источника повышенной опасности, очевидным является тот факт, что в Нижегородской области за последние 10 лет размер компенсаций практически не изменился.

Прослеживается своеобразная региональная закономерность: при возникновении тенденции к увеличению размера компенсаций – рано или поздно возникают некие обстоятельства, препятствующие данной позитивной тенденции. В частности, в период с 2000 года по 2007 год в Нижегородской области размеры компенсаций морального вреда постепенно увеличивались: с 5-10 тыс.руб. в конце 1990-х – начале 2000-х годов до 50-80 тыс.руб. к 2007 году. Однако, затем произошло резкое (в 2-3 раза) снижение размера взыскиваемых сумм. Возможно, это было связано с тем обстоятельством, что в 2007 году кассационная инстанция Нижегородского областного суда (рассматривавшая до внесения изменений в ГПК РФ жалобы на не вступившие в законную силу решения судов первой инстанции) вынесла значительное количество определений, которыми суммы морального вреда были снижены с 50-80 тыс.руб. до 30-40 тыс.руб.

Со временем суммы морального вреда снова стали постепенно увеличиваться, но во второй половине 2015 года опять проявилась тенденция к снижению размера взыскиваемых сумм.
В результате, если в 2007 году суды взыскивали в связи с производственными травмами (включая смертельные), за травмы или гибель людей в результате воздействия источника повышенной опасности в среднем от 30 тыс. руб. до 100 тыс. руб. (максимум), то и теперь мы видим в судебных решениях аналогичные суммы.

И это несмотря на то, что только инфляция в период с 2007 года по 2015 год составила несколько десятков процентов, т.е. суммы, взыскиваемые по решениям судов в 2015 году, в реальном стоимостном выражении существенно уменьшились по сравнению с 2007 годом.

При этом в некоторых регионах России размер компенсации морального вреда в 2007 – 2008 годах составлял от 200 тыс. руб. до 350 тыс. руб. В настоящее время рост компенсации морального вреда в других регионах очевиден, по аналогичным делам суды взыскивают суммы, существенно (в разы) превышающие суммы, взыскиваемые в Нижегородской области.
С учетом неоднозначности (а точнее – отсутствия) критериев для определения размера компенсации морального вреда в каждом отдельно взятом деле, в регионе регулярно организуются круглые столы и семинары по вопросам возмещения морального вреда и «цены жизни» в целом. В частности, по инициативе Палаты адвокатов Нижегородской области и Ассоциации юристов России 27 мая 2014 года был организован круглый стол с участием Нижегородского областного суда, посвященный проблеме определения размера компенсации морального вреда. Затрагивались различные аспекты дел по требованиям о компенсации физических и нравственных страданий в пользу пострадавших. Была выработана концепция, которая, предусматривала, в частности, более тщательную подготовку дел о взыскании морального вреда к судебному разбирательству, расширение перечня средств доказывания моральных страданий. 11 февраля 2016 года при активном участии адвокатов Нижегородской областной коллегии адвокатов Еженедельником «Аргументы и Факты» был проведен круглый стол на тему «Качество медицинской помощи. Как соблюсти баланс между интересами пациента и медицинского учреждения. Споры по врачебным делам», где было уделено большое внимание вопросам взыскания морального вреда в случаях оказания некачественной медицинской помощи.

В рамках реализации вышеуказанной концепции представителями адвокатуры используются все средства доказывания по данной категории дел. В суды предоставляется медицинская документация и иные письменные доказательства, проводятся судебные психологические экспертизы, вызываются свидетели и др. Но, к сожалению, у судейского сообщества в подавляющем своем большинстве ходатайства о назначении экспертиз вызвали определенное непонимание, если не сказать неприятие.

Следует отметить, что в отдельных случаях использование дополнительных средств доказывания приводит к видимому результату. Например, по делу со смертельным исходом по иску матери, у которой трагически погиб её единственный 17-летний сын, после проведения психологической экспертизы суд взыскал 400 тыс. руб. В другом деле, где отец погиб на глазах у 3-х годовалого ребенка, суд взыскал 200 тыс. руб. По сравнению с 50 тыс. руб. эти суммы выглядят несколько достойнее, хотя ни в коем случае не компенсируют нравственных страданий от потери близкого и родного человека.

Но необходимо учитывать, что это, к сожалению, единичные примеры. Во всех остальных случаях смертельного травмирования или установления инвалидности, т.е. при очевидных негативных последствиях и их доказанности, суммы взыскиваются мизерные, которые, на наш взгляд, абсолютно не отвечают требованиям разумности и справедливости. В качестве примера можно привести несколько решений районных судов Нижнего Новгорода, вынесенных в 2015 году: в пользу матери погибшего на рабочем месте сына была взыскана компенсация морального вреда в размере 50 тыс. руб.; в пользу 24-летней девушки, которая была сбита автобусом и осталась инвалидом 3 группы, с владельца автобуса взыскано 50 тыс. руб.; в пользу рабочего, получившего по вине работодателя хроническое профессиональное заболевание, при наличии 3 группы инвалидности и 60% утраты профессиональной трудоспособности, за его пожизненные физические и нравственные страдания взыскано 35 тыс. руб. компенсации морального вреда.

Если же привести примеры из практики рассмотрения аналогичных дел в других регионах, то в Саранске, например, суд взыскал в пользу матери погибшего на рабочем месте сына 350 тыс. руб.; в Иркутской области в пользу гражданина, получившего профзаболевание, суд взыскал 170 тыс. руб.; в Ростовской области при наличии инвалидности в связи с травмой на производстве суд взыскал 260 тыс. руб.

Адвокатской конторой №22 НОКА был проведен сравнительный анализ решений по делам о компенсации морального вреда в Нижегородской области и других регионах. Основной вывод, сделанный по результатам данного анализа, на сегодняшний день, к сожалению, неутешительный: все используемые средства доказывания степени нравственных и физических страданий оцениваются судом поверхностно, подход к оценке такого требования как моральный вред носит формальный характер, в решениях судов отсутствует какое-либо обоснование значительного снижения заявленных сумм компенсаций. Максимум на что можно рассчитывать пострадавшим людям по основной массе дел – это 100-150 тыс. руб. в качестве компенсации морального вреда за тяжкое повреждение своего здоровья или за гибель своего близкого родственника. Более серьезные суммы присуждаются, но они являются скорее исключением из правил исходя из проведенного анализа.

Совершенно очевидно, что сколько юристов, столько и мнений, а тем более предложений по методике определения размера компенсации морального вреда. И в условиях отсутствия законодательного регламентирования данного вопроса, особо значимой становится роль судьи, ведь именно суд дает оценку заявленным требованиям о компенсации морального вреда, определяет размер компенсации с учетом требований разумности и справедливости. Каждое решение, вынесенное судом, это оценка физических и нравственных страданий человека, оценка стоимости человеческой жизни государством в лице конкретного судьи.

Более того, взыскание адекватных сумм возмещения вреда по таким категориям дел, как трудовые увечья, дорожно-транспортные происшествия, техногенные катастрофы – непосредственно влияет на безопасность общества в целом. Институт возмещения морального вреда по своей сути несомненно и бесспорно является способом защиты нарушенных прав, а не карательным инструментом правосудия. Но прослеживающаяся тенденция к занижению размеров компенсации морального вреда до уровня пренебрежения со стороны ответчиков – не только в значительной мере обесценивает сам институт морального вреда в глазах общества, но и формирует у причинителей вреда стойкую позицию, что физические и нравственные страдания людей почти ничего не стоят. Вредные производства продолжают отбирать здоровье и жизни людей, общественный транспорт – калечить судьбы пострадавших и их родных, потому что экономически сейчас дешевле платить мизерные компенсации, чем соблюдать правила охраны труда и безопасности при эксплуатации оборудования или транспортных средств.

Символизм сумм, взыскиваемых в качестве компенсаций морального вреда, подрывает доверие граждан к судебной власти, вызывает недовольство профессионализмом юридического сообщества в целом среди всех слоев населения.

В этой связи нельзя не согласиться с мнением Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, содержащимся в выводах «Исследования «стоимости жизни» – справедливого возмещения в связи с гибелью человека в чрезвычайных ситуациях», где указывается на то, что увеличение размера компенсации в связи с гибелью человека будет стимулировать бизнес к вложению средств для создания более комфортной и безопасной среды для своих сотрудников на месте работы, будет способствовать повышению безопасности и в конечном итоге снизит расходы на выплату компенсаций из-за гибели людей. Таким образом, повышение размера компенсации в связи с гибелью человека или повреждения здоровья, является одним из инструментов для обеспечения социально-экономического развития страны и повышение качества жизни людей.

Установление адекватных сумм компенсации морального вреда важно, в числе прочего, для предотвращения социальных конфликтов, ведь ценность человеческой жизни показывает, как государство дорожит своими гражданами, а это, в свою очередь, сильно влияет на национальную гордость, на субъективное благополучие людей. И здесь особенно важен диалог между всеми сторонами гражданского судопроизводства.

Палата адвокатов Нижегородской области